Информационный ресурс
Весь мир цемента и строительства на одном сайте

Дальний Восток восстанавливает инфраструктуру

Ликвидация последствий разрушительного наводнения превратилась в общегосударственную задачу

 

Задача приведения в порядок дорог и мостов в субъектах Дальневосточного Федерального округа стала экзаменом для российских органов власти различных уровней. Успешность её решения во многом зависит от того, получится ли создать эффективную модель управления ходом восстановительных работ и не допустить распыления и перерасхода выделенных федеральным центром финансовых средств. Со своей стороны, российскому строительному сообществу открывается огромное поле для деятельности в пострадавших регионах, что потребует задействовать имеющиеся мощности и производственный потенциал.

 

Катастрофический август

Летом 2013 года над бассейном Амура месячная норма осадков была превышена почти втрое. Ливни шли в тех районах, где протекают основные притоки Амура – Зея, Сунгари, Бурея и Уссури. В августе российский Дальний Восток помимо ливней заливали мощные притоки воды из Китая, где также больше месяца продолжались проливные дожди. Это привело к мощному наводнению. Фактически единственной защитой от паводков на Амуре оказались две гидростанции, расположенные на его притоках Зее и Бурее. По данным компании «Русгидро», они задержали 65% воды во время паводка. «Если бы не было станций, то в районе города Зея было бы плюс 6 м к уровню воды в определенные дни. А в Благовещенске, по расчётам наших специалистов, ещё плюс 2 м», – заявил глава компании Евгений Дод. Он также заметил, что сдерживание потоков воды этими станциями дало необходимое время МЧС развернуть спасательные работы и тем самым предотвратить человеческие жертвы.

 

Масштабы бедствия

Паводок охватил шесть субъектов Дальневосточного федерального округа. Больше других пострадали Амурская область, первая принявшая удар стихии, Еврейская автономная область и Хабаровский край. Наводнение также затронуло территорию Якутии, Приморья и Магаданской области. По словам начальника дальневосточного регионального центра (ДВРЦ) МЧС Александра Соловьева, общая площадь затопленных территорий составила более 8 млн квадратных километров. «Наводнение таких масштабов зафиксировано впервые за 115 лет наблюдений», – сказал Соловьев. Пострадало более 135 тысяч человек, 388 населенных пунктов, 14309 жилых домов, 24450 приусадебных участков, 825 социальных объектов, 1662 км автодорог, 174 автомостов, 589 666 га сельхозземель, 349 объектов ЖКХ. Было повреждено 154 трансформаторных подстанций, 867 км линий электропередачи.

Согласно моделям синоптиков, вероятность повторения такого рода событий события – один раз в 200-300 лет. Предсказать их сложно. Поэтому можно лишь сожалеть, что подобное выпало на наше время.

Как заявил секретарь Общественной палаты, академик Евгений Велихов, масштаб дальневосточного бедствия значительно превышает тот, который наблюдался после аварии на Чернобыльской АЭС в 1986 году. «Я принимал участие в ликвидации последствий аварии на ЧАЭС, и вижу, что масштаб бедствия на Дальнем Востоке в 3-4 раза больше, чем чернобыльский», – сказал Велихов. Вместе с тем, он отметил, что «в корне отличается» и организация ликвидации последствий ЧП: президент ССС Р Михаил Горбачев принял ограниченное участие в мероприятиях, тогда как роль нынешнего президента России Владимира Путина значительно выше. «Путин разбирается и участвует сам конкретно в тяжелых ситуациях, и это влияет очень сильно», – подчеркнул Велихов.

Когда пик паводка был пройден, вода отступала очень медленно. В конце октября только в Хабаровском крае под воздействием паводка оставались 8 населенных пунктов в 4 муниципальных образованиях. Было подтоплено 540 жилых домов с общим населением в 4120 человек (из них 1069 детей). 1100 приусадебных участков все ещё находились под водой. В 35 пунктах длительного пребывания оставались 1735 человека, в том числе 397 детей.

 

Власти засучили рукава

Владимир Путин прилетел в зону бедствия в ночь на 30 августа. Президент осмотрел с вертолета затопленные села Амурской области и провёл совещание по паводку в Хабаровске. Он потребовал от министров и региональных властей оперативной и слаженной работы, особенно в вопросах компенсаций и восстановления жилья. Параллельно им было дано поручение Следственному Комитету провести проверку должностных лиц и в том числе тех, кто отвечает за гидротехнические сооружения.

«Действовать нужно максимально оперативно. Исключить любую волокиту и бюрократию. Вопросы, касающиеся восстановительных работ, должны решаться на месте, а не идти дальней дорогой через Москву и обратно. Собственными силами, разумеется, субъекты Федерации, попавшие в сегодняшнюю сложную ситуацию, собственными средствами из этой ситуации не выйдут и с проблемами не справятся», – отметил Владимир Путин.

Вспомнил президент и недавний опыт ликвидации последствий стихии в Краснодарском крае. «Я напомню, что мы делали в этой ситуации в городе Крымске Краснодарского края. Будем ориентироваться на эти показатели. Напоминаю, там за утрату жилья, за утрату имущества мы выплачивали каждому гражданину, каждому члену семьи из федерального бюджета по 110 тысяч рублей. 100 плюс 10 тысяч рублей каждому. И на капитальный ремонт, если домостроение подлежало восстановлению, платили по 5 тысяч рублей за один квадратный метр на домостроение», – сказал на оперативном совещании глава государства.

Уже 31 августа президентом был подписан Указ «О мерах по ликвидации последствий крупномасштабного наводнения на территориях Республики Саха (Якутия), Приморского и Хабаровского краёв, Амурской и Магаданской областей, Еврейской автономной области».

А через несколько дней, 6 сентября, была создана правительственная комиссия по ликвидации последствий наводнения. Возглавил её полпред президента РФ в Дальневосточном федеральном округе Юрий Трутнев. Всего в комиссию вошло почти 30 человек, среди которых глава МВД Владимир Колокольцев, руководитель Роспотребнадзора Геннадий Онищенко, главы пострадавших регионов и ряд других чиновников. «Комиссия для выполнения возложенных на нее задач имеет право запрашивать у федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации и организаций любые материалы и информацию по вопросам, входящим в компетенцию комиссии», – говорилось в опубликованном в те дни постановлении правительства РФ. Кроме того, комиссия получила право создавать оперативные и рабочие группы, контролировать исполнение принятых решений и привлекать к работе представителей федеральных органов исполнительной власти.

 

Слаженность и системность

Для ликвидации последствий стихийного бедствия такого масштаба необходимо эффективное взаимодействие властей разных уровней, координация между ведомствами и органами власти.

По мнению ведущего эксперта УК «Финам Менеджмент» Дмитрия Баранова, «такое взаимодействие есть. Оно существует и в рамках разграничения полномочий между федеральными и региональными органами власти, и осуществляется в рамках стандартных процедур взаимодействия между ними в случае ЧП. Кроме того, есть оперативное взаимодействие в рамках конкретных федеральных ведомств и их региональных подразделений. Кроме того, различные контролирующие органы федеральных властей осуществляют соответствующий мониторинг на местах, и, при необходимости, извещают региональные органы власти о верности выбранных решений, необходимости оперативнее реагировать на ту или иную ситуацию и/ или жалобы граждан. Так что взаимодействие есть, главное, чтобы оно не просто существовало само по себе, а приносило реальную пользу пострадавшим, способствовало скорейшему восстановлению пострадавших регионов».

А как считает аналитик «Инвесткафе» Романа Гринченко, даже сейчас ещё сложно сказать наверняка, эффективна ли работа комиссии по развитию Дальнего Востока, министерства развития Дальнего Востока и других ответственных ведомств. Эффективность их действий можно будет оценить примерно через полгода, когда «будут видны первые результаты работы по ликвидации разгула стихии и восстановлению инфраструктуры».

 

Оценка ущерба и финансирование

Сейчас, когда восстановительные работы в полном объёме не начались, важно подсчитать необходимые для них средства и распределить выделяемые средства. Что касается общей суммы ущерба, то назвать точную цифру пока невозможно.

Вот как прокомментировал ситуацию Дмитрий Баранов: «во-первых, ещё не везде вода спала, то есть паводок частично продолжается. А, во-вторых, именно из-за паводка до многих пострадавших мест комиссии, оценивающие ущерб, пока не могут добраться, и определить сумму ущерба в этих местах просто нельзя. Кроме того, в тех местах, где ущерб уже оценивался, проводится более тщательный анализ ситуации и, вероятнее всего, что размер ущерба увеличится, так как что-то не было замечено ранее. Вообще в таких ситуациях практически невозможно точно с первого раза подсчитать размер ущерба, так что в увеличении ущерба нет ничего необычного и криминального».

Кроме ущерба, связанного с разрушениями, необходимо учесть также недополученную прибыль, в частности из-за подтопления сельскохозяйственных угодий. Только потери сельхозпроизводителей Минсельхоз оценивает более чем в 8 млрд рублей. В частности, из-за наводнения частично погиб урожай сои, а более 80% объёма этой культуры выращивается именно на Дальнем Востоке. Минсельхоз уже понизил прогноз урожая сои в РФ с 1,9 млн тонн до 1,5–1,6 млн Полпред президента РФ в Дальневосточном федеральном округе Юрий Трутнев на заседании правительственной комиссии назвал другую цифру ущерба, причиненного стихией сельскому хозяйству региона – 6,6 млрд рублей.

Жителям пострадавших от паводка регионов предлагается компенсировать утраченный урожай на личных подсобных хозяйствах из расчёта 3 тысячи рублей за сотку. При этом общая сумма компенсаций, по словам Трутнева, составит 1 млрд 678 млн рублей. Согласно расчётам, каждое личное подсобное хозяйство получит компенсацию в размере около 50 тысяч рублей.

Всего на ликвидации последствий паводка из федерального бюджета выделено 40,3 млрд рублей. «Мы учли необходимые ресурсы для ликвидации последствий наводнения на Дальнем Востоке. <…> Общий объём средств, который мы планируем на этот и на следующий год, составит около 40 млрд рублей. Это большие средства. Но, ещё раз повторюсь, значительную часть мы предполагаем учесть при подготовке поправок в бюджет 2013 года», – доложил президенту министр финансов России Антон Силуанов на совещании по бюджету на 2014-2016 годы.

Президент выслушал доклад главы Минфина и подтвердил, что этой суммы должно хватить. «Надеюсь, что это исчерпывающая цифра. Единственное, на что обращаю внимание – финансирование должно быть обеспечено своевременно. Ясно, что все дома, которые подлежат строительству, сразу построить невозможно, но нужно выстроить финансирование этой работы таким образом, чтобы не было никаких задержек и затяжек по времени», – ответил Путин. По словам Юрия Трутнева, цифра, конечно, может быть скорректирована, но порядок её не изменится.

Комментируя сумму в 40 млрд, Роман Гринченко сказал: «По некоторым статьям расхода этого действительно достаточно, а по некоторым будет мало. По приблизительным подсчетам выделяемых средств хватит на 2 млн м² отремонтированной и новой жилплощади, что в среднем будет по 14,4 м² на человека, при этом семья из трех человек вполне сможет иметь 2 комнаты с кухней и ванной, что конечно не является роскошным, но для жизни вполне достаточно. Между тем заявленных 2 млрд рублей вряд ли хватит на полное восстановление ущербав сельскохозяйственном секторе».

 

КОММЕНТАРИЙ ЭКСПЕРТА:

Ситуацию с ходом реконструкции и восстановления пострадавшей от наводнения инфраструктуры Дальнего Востока комментирует Руководитель направлений «Инновации. Производство. Качество» Русской школы управления Константин Тютюнов.

 

Тандем: Достаточно ли государство выделило средств на восстановительные работы?

Константин Тютюнов: Сумма в 40 млрд рублей сравнима с ожидаемым (реалистичным) годовым бюджетом на развитие региона, поэтому можно считать её большой. Но говорить, что этого хватит, неправильно. Хватит для чего? Регион изначально очень беден инфраструктурой и требуются триллионы, чтобы инфраструктуру можно было признать достаточной. Но сейчас стоит вопрос банального восстановления минимальной инфраструктуры для жизни людей и функционирования экономики. В рамках такой задачи денег выделено довольно много.

Что касается источника финансирования, то пострадавшим субъектам необходимо получить максимально возможную помощь из федерального бюджета. Во-первых, он более масштабен, чем региональные бюджеты. Во-вторых, в региональных бюджетах наверняка нет «лишних» резервов на такие цели. Но затем стоит также «поскрести по сусекам» в региональном бюджете. Ведь необходимо срочное восстановление, и до времени пока не наступили холода, нужно успеть выполнить огромный объём работ. Поэтому стоит урезать или отложить, насколько возможно, иные расходы и финансировать восстановление.

 

Тандем: Полпред президента в ДФО Юрий Трутнев недавно заявил, что на восстановление региона уйдет полтора года. Успеют ли ремонтники и строители уложиться за это время?

Константин Тютюнов: Полтора года – огромный срок, но как обычно всё зависит от эффективности управления, хотя, как шутят: «Профессионал сроки не срывает. Бывает, что переносит до пяти раз, но не срывает».

 

Тандем: Имеется ли сейчас работающая связка властей различного уровня, чтобы организовать эффективную работу по восстановлению пострадавших субъектов. Достаточна ли координация между властями различных уровней для такой работы. Как должно быть в идеале налажено такое взаимодействие?

Константин Тютюнов: Уверен, что такой связки сейчас нет. То есть жесткая вертикаль власти есть, а вот эффективной работы пока не наблюдалось. Тем более в достаточно экстремальном, сложном и масштабном проекте. Но как бы это ни было странно, именно такие проекты позволяют создать эффективную систему. Мотивация, финансирование и поддержка на самом верху – это замечательная возможность для амбициозных управленцев. Описать идеальное взаимодействие в кратком комментарии не возьмусь, а «общетеоретически» это давно описано в методиках управления проектами и программами (а это сотни страниц только базовых стандартов). Конкретное же описание требует хотя бы предварительного изучения содержания предстоящих работ, доступных ресурсов и переговоров всех заинтересованных сторон. Достигнутые договоренности и станут основой идеального модели взаимодействия именно для этого проекта.

 

Тандем: Не логично ли было «использовать» сложившуюся ситуацию не только для восстановления, но и для существенной модернизации инфраструктурных объектов (дорог и т. д.) на Дальнем Востоке?

Константин Тютюнов: Думаю, что не стоит пробовать сейчас «убивать» сразу всех «зайцев». В первую очередь, следует срочно восстановить минимально необходимое для нормального жизнеобеспечения населения и функционирования экономики. Но отработать процессы взаимодействия властей и частного сектора для последующей модернизации и развития вполне реально. Не забывайте, что масштаб вложений в модернизацию и развитие ДВ зашкаливает за триллион рублей, а сейчас не очень простая ситуация с государственным бюджетом. Может оказаться, что затеяв масштабную модернизацию, в итоге и денег не найдут, и минимального восстановления не сделают.

 

Тандем: Достаточно ли мощностей у отечественных строительных компаний и российских трудовых ресурсов для восстановления пострадавшей инфраструктуры ДФО или потребуется подключать иностранные строительные компании и завозить гастарбайтеров?

Константин Тютюнов: Ресурсов-то для этого у нас достаточно, но я уверен, что зарубежные подрядчики часто строят и дешевле, и значительно эффективнее. Нормальная конкуренция должна оставаться. Да и для дальнейшего развития региона полезно привлекать лучших, а, значит, определенный объём работ могли бы выполнить зарубежные компании.

 

Алексей Доронин

 

Полную версию статьи читайте в журнале «Тандем» № 2-2013